Рикки & Йоонст
Название: Взгляды
Пейринг/Персонажи: Нури Шахин/Максимилиан Филипп, Роман Бюрки
Категория: преслэш, слэш
Размер: 1052 слова
Жанр: юст, романс
Рейтинг: PG-13 – R

Милли был уверен, что готов ко всему. Ну, правда, чем еще можно удивить человека, игравшего в первой десятке Бундеслиги и сборной Германии, пусть и молодежной, но все-таки завоевавшей титул?
Милли был уверен, что готов к началу карьеры в гранд-клубе.
Но вот к тому, что глаза у Нури окажутся светлыми, совершенно неподходящими к цвету его волос и кожи, Милли оказался не готов.
Как и к тому, насколько ощутимым будет взгляд этих глаз.
Ей-богу, лучше бы Нури трогал его руками.
Милли и правда так думал. Сначала – потому что взгляд Нури причинял ему беспокойство, которому Милли не сразу смог подобрать нужное определение и потому бесился. А потом – и очень скоро – потому что взгляд перестал раздражать. Беспокоить – не перестал, совсем наоборот.
Просто в какой-то момент одного взгляда Милли оказалось мало.
Именно потому что беспокойство, которое он вызывал, никуда не выливалось, заканчивалось зудом где-то в районе затылка, и это бесило Милли чуть ли не сильнее, чем непонимание, чего от него Нури хочет.
И хочет ли вообще.
А если не хочет – хули пялится?
А если хочет – хули ТОЛЬКО пялится?
Всего за неделю Милли раздергал самого себя до такой степени, что не нашел ничего лучше, как пойти за советом к тому человеку в клубе, которого до того знал более или менее хорошо.
И слишком поздно вспомнил, почему как раз именно к этому человеку за этим идти не стоило.
Роман его внимательно выслушал, покивал, подумал, сунул в руки бутылку минералки и достал телефон. И прежде чем Милли успел хотя бы мявкнуть, уже говорил в трубку: «Нури-джан… А, ну да, прости, я все время путаюсь в этих ваших обращениях. У меня тут Милли в гостях. Не хочешь заглянуть?».
Роман еще даже договорить не успел, когда Милли вылетел за дверь его номера вместе с минералкой.
Блядский Роман.
Блядский Нури.
Блядское все.
Милли бесился, лажал на тренировках, чувствовал взгляд Нури и от этого бесился еще больше. И лажал еще больше. И снова бесился. Как пубертатный подросток.
И еще больше Милли бесился от того, что полагал этот самый пубертат закончившимся еще лет десять назад.
Или не от этого.
В какой-то момент Милли вообще перестал понимать, от чего именно бесится больше всего.
Мрачно пихнув в руки Роману мяч после очередной тренировки – «Клянусь, этот оказался в воротах!», – он вышел с поля и ускорил шаг, завидев прямо перед собой знакомую спину.
Такую же знакомую, как и взгляд.
Чтобы догнать Нури, ему потребовалось всего несколько длинных шагов, несколько секунд и один долгий удар сердца.
Прежде чем Милли за плечо развернул Нури к себе лицом и яростно выпалил:
– Не пялься на меня больше!
Нури ошарашенно моргнул и шагнул назад.
И пока с Милли сходила волна адреналина, Нури успел окинуть его взглядом с ног до головы и улыбнуться.
– А то что? – спросил Нури, и Милли с удивлением понял, что его взгляд не смущает.
Вернее, нет.
Смущает.
Но не так, что от него хочется увернуться.
Совсем наоборот.
– А то я начну пялиться в ответ, – ответил Милли.
– Напуга-ал, – протянул Нури.
И вот тут уже Милли стало совсем легко и хорошо. Он быстро вскинул сведенные рогаткой пальцы к своим глазам, так же быстро повернул их в сторону Нури в растиражированным голливудском жесте «я слежу за тобой» и ухмыльнулся в ответ.
Хоть к такому началу карьеры в гранд-клубе Милли оказался и не совсем готов, все же…
Все же оно ему нравилось.
Очень.

Из сна Макса вырвал странный звук. По сути, это было даже несколько звуков: капала вода, булькал чайник, тикала микроволновка, какое-то шипение, какие-то голоса…
Все это осложнялось тем фактом, что Макс, вообще-то, жил один.
Все тело побаливало, особенно ныло плечо. Макс перевернулся на бок, снимая нагрузку с ноющего плеча, разлепил слипшиеся ресницы, поморщился от яркого солнца, пробивающегося сквозь неплотные шторы. Потрогал плечо и опустил на него взгляд, кусая губы, чтобы не заорать. За исключением россыпи мелких засосов на коже были отчетливо видны следы зубов. Два аккуратных полукруга абсолютно ровных зубов.
Выставить бы все эти зубы, мрачно подумал Макс, поднимаясь с кровати.
Трусы он в ближайшем доступе не обнаружил, поэтому натянул шорты, а футболку накинул на плечо. Прокрался в ванную, где некоторые время критично рассматривал себя со всех сторон – да, засосов по всему телу до одного места, но побаливающий укус только один. Что это вообще было, а? От смутного воспоминания Макса пробрало крупной дрожью. Фыркнув, Макс сполоснул лицо, шею, почистил зубы, натянул футболку и только после этого пошел на кухню.
На кухне пахло жизнью, романтикой, совместным бытом – всем тем, о чем Макс и не помышлял. И не планировал даже: в его представлении это было чем-то закоренело-консервативным и немного мерзким.
По телевизору крутили какой-то сериал. Тренькнула микроволновка, Нури открыл дверцу и достал возмутительно вкусно пахнущий бутерброд с сыром. Макс оперся задницей на стол, скрестив руки на груди и принялся нагло рассматривать спину Шахина – ну, строго говоря, там было, на что посмотреть.
Задница у него была отличная, и спина тоже. Ну, и то, что Нури был одет в одни только джинсы, добавляло огонька.
– Что пялишься? – ласково поинтересовался Нури, не оборачиваясь.
Нет, серьезно? Его голос в самом деле звучал приятно – ласково, бархатисто, обволакивающе, как…
Макс кашлянул, отгоняя непрошеные утренние мысли и неопределенно ответил:
– Ха.
Нури обернулся, на маленькой кухне тут же оказавшись так близко к Максу, что тот почувствовал его теплое дыхание. Неестественно светлые глаза Нури тоже оказались очень близко и смотрели на Макса с безграничным интересом.
Нури поставил стол рядом с Максом тарелку с горячим бутербродом. Макс опустил руки, упираясь в край столешницы. Нури наклонил голову и, разорвав этот волшебный искрящийся визуальный контакт, коснулся сухими губами открытой шеи Макса.
– Вот, кстати, – тяжело сглотнув, Макс подцепил пальцем воротник своей футболки и оттянул его, демонстрируя следы от зубов.
– Хм, – крайне обеспокоенно сказал Нури, присматриваясь.
Он наклонился еще ниже, сначала коснулся губами следа от своего укуса, затем – языком.
– Шахин! – возмущенно прошипел Макс.
Его рука дрогнула и угодила прямо в тарелку с бутербродом.
Горячий сыр неприятно обжег ладонь, но это ощущение меркло по сравнению с горячими губами Нури, который никак не унимался.
Макс пальцами оттолкнул тарелку подальше и забрался на стол, сжимая коленями бедра Нури.
– Кофе остынет, – как бы между прочим заметил тот, тепло дыша в район уха Макса.
Макс согласно кивнул. Отвратительно будет, если кофе остынет. Но еще хуже будет, если Нури прямо сейчас возьмет и остановится. Примерно об этом он и сказал.
Нури с ним согласился. Подтянул Макса поближе к себе за бедра и легким нажимом заставил опуститься спиной на стол.
Тарелку они в итоге расколотили, а бутерброд размазали по полу.
Ну и кофе, конечно же, безнадежно остыл.

@темы: футбол, слэш, Р & Й